Послание к читателю от Томаса Мантона

Христианский читатель, не могу предположить, что ты настолько чужд в Англии, чтобы не знать всеобщей жалобы на упадок силы благочестия, и особенно на великое развращение юношества. Куда бы ты ни пошёл, услышишь, как люди жалуются на плохих детей и плохих слуг; тогда как на самом деле источник зла следует искать несколько выше: это плохие родители и плохие господа делают плохих детей и плохих слуг; и мы не можем столько винить их нерадивость, сколько нашу собственную небрежность в их воспитании.

Дьявол питает великую вражду к царству Христову и не знает более краткого способа сокрушить его, как через развращение юношества и подавление семейных обязанностей. Он нападает на все обязанности, которые совершаются публично в собраниях святых; но они слишком хорошо защищены торжественными повелениями и предсмертным завещанием Иисуса Христа, чтобы он мог надеяться полностью их ниспровергнуть и подорвать; но на семейные обязанности он нападает с большим успехом, потому что установление не столь торжественно, и практика не столь серьёзно и добросовестно соблюдается, как должно, и упущение не столь подвержено публичному замечанию и порицанию.

Религия первоначально зародилась в семьях, и именно там дьявол пытается сокрушить её; семьи патриархов были единственными церквами, которые Бог имел в мире в то время; и поэтому (полагаю) когда Каин вышел из семьи Адама, сказано, что он пошёл от лица Господня, Бытие 4:16.

Для настоящего времени: Семья является семинарией Церкви и Государства; и если дети не получают там добрых начал, всё рушится: недостаток в первой смеси не исправляется во второй; если юноши плохо воспитаны в семье, они оказываются плохими в Церкви и Государстве; там происходит первое формирование или закваска, и оттуда берётся предзнаменование их будущей жизни, Притчи 20:11. Через семейную дисциплину приготовляются должностные лица для Церкви, 1 Тимофею 3:4, Хорошо управляющий собственным домом и т.д.; и там воспитываются люди в подчинении и послушании. Замечено, Деяния 21:5, что ученики провожали Павла с жёнами и детьми; их дети, вероятно, упоминаются, чтобы показать, что их родители своим собственным примером и сердечным прощанием с Павлом воспитают их в благоговении и уважении к пастырям Церкви.

Для будущего: Отрадно, конечно, видеть цветущий питомник молодых растений и иметь надежду, что Бог будет иметь народ, который будет служить Ему, когда мы уже умрём и исчезнем; народ Божий утешался этим, Псалтирь 102:28, Сыны рабов Твоих будут жить и т.д.

На основании всех этих соображений, сколь тщательными должны быть служители и главы семей в воспитании юношей, пока они ещё гибки и, как воск, способны принять любую форму и отпечаток, в познании и страхе Божием; и вместе с тем внушать им начала нашей святейшей веры, как они изложены в катехизисах и таким образом представлены пред очами совести! Поистине, эти семена истины, посаженные на поле памяти, если и не сделают ничего другого, то будут по крайней мере великой уздой и обузданием для них, и, как вливание холодной воды останавливает кипение котла, несколько утишат жар юных похотей и страстей.

После этого увещания я вознамерился с величайшей серьёзностью рекомендовать вам труд катехизации и, как подходящее пособие, пользу этой книги, напечатанной таким образом с полными текстами Писания; но, встретив частное письмо одного весьма учёного и благочестивого богослова, в котором эта превосходно составленная работа оказалась у меня под рукой, я осмелюсь переписать часть его и предложить на обозрение публики.

Итак, дьявол знает, что это удар по корню и лёгкий способ воспрепятствовать преемству Церквей: если он сможет ниспровергнуть семьи, то другие общества и сообщества не будут процветать и существовать долго с какой-либо силой и энергией; ибо здесь находится ствол, от которого снабжаются как для настоящего, так и для будущего.

Оплакав великие разделения, развращения и расколы, существующие в Церкви, автор так излагает причину и средство: Среди прочих, одной из главных причин этих зол является великая и всеобщая небрежность правителей семей в исполнении того долга, который они обязаны Богу за души, находящиеся под их попечением, особенно в преподавании христианского учения. Семьи суть общества, которые должны быть освящены для Бога так же, как и Церкви; и правители их имеют столь же действительное попечение о душах, находящихся в них, как пастыри имеют о Церквах. Но, увы, как мало это рассматривается или принимается во внимание!

Но тогда как нерадивые служители (заслуженно) изгоняются со своих мест, нерадивые главы семей считаются почти безупречными. Они приносят своих детей Богу в крещении и там обещают учить их евангельскому учению и воспитывать их в наставлении Господнем; но легко обещают и легко нарушают; и воспитывают своих детей для мира и плоти, хотя отреклись от них и посвятили их Богу.

Это нарушение завета с Богом и предание душ своих детей дьяволу должно тяготеть на них здесь или в будущем. Они рождают детей и содержат семьи только для мира и плоти; но мало задумываются о бремени, которое на них возложено, и о том, что значит воспитать дитя для Бога и управлять семьёй как освящённым обществом.

О, сколь сладостен и успешен был бы труд Божий, если бы мы все соединились на своих местах для его продвижения! Не нужно было бы так много хлопотать о посылке проповедников; но они могли бы найти, что причитающаяся им часть труда достаточна для них и что это наилучшее дело, которым они могут быть заняты. Особенно женщины должны заботиться об этой обязанности; ибо поскольку они ближе к своим детям и имеют ранние и частые возможности наставлять их, это главное служение, которое они могут совершить для Бога в этом мире, будучи ограниченными от более публичного труда. И, несомненно, многие превосходные правители были посланы Государству, и многие превосходные пастыри Церкви, и многие драгоценные святые на небо благодаря счастливым приготовлениям святого воспитания, возможно, женщиной, которая считала себя бесполезной и непригодной для Церкви.

Если бы родители начинали вовремя и старались затрагивать сердца своих детей великими делами вечной жизни, и знакомить их с сущностью учения Христова, и, когда нашли бы в них познание и любовь ко Христу, приводили бы их тогда к пастырям Церкви для испытания, утверждения и допущения к прочим привилегиям Церкви, — какие счастливые и благоустроенные Церкви мы могли бы иметь!

Тогда не было бы нужды возлагать на одного пастыря работу двухсот или трёхсот или тысячи глав семей, даже обучать их детей тем началам, которым они должны были научить их задолго до этого; ни нам не пришлось бы проповедовать столь многим жалким и невежественным душам, которые не подготовлены воспитанием понимать нас; ни мы не имели бы необходимости отлучать от святого причащения столь многих по причине невежества, которые ещё не имеют благодати чувствовать и оплакивать его, ни ума и терпения ожидать в состоянии обучения, пока не будут готовы стать согражданами святым и домочадцами Божиими.

Но теперь они приходят к нам с застарелым самомнением, будучи более чем детьми и ещё хуже детей; имея невежество детей, но утратив детскую способность к обучению; и они считают себя мудрыми, да, достаточно мудрыми, чтобы спорить с мудрейшим из своих учителей, потому что они прожили достаточно долго, чтобы быть мудрыми, и свидетельством их знания является их застарелое невежество; и они более склонны бросаться нам в лицо за привилегиями Церкви, нежели учиться от нас и повиноваться нашим наставлениям, пока не будут готовы к ним, чтобы они принесли им пользу; как проклятые хапуги, которые хватают у нас из-под носа кусок мяса и вырывают его из рук; а не как дети, которые ждут, пока мы дадим им. Родители так приучили их быть своевольными, что служителям не приходится иметь дело ни с кем, кроме своевольных.

И из-за отсутствия этого правильно заложенного в начале основания сами исповедующие столь же невежественны, как большинство, и многие, особенно из младших, проглатывают почти любое заблуждение, которое им предлагают, и следуют за любой сектой разделителей, которая привлекает их, будь то с серьёзностью и правдоподобием. Ибо, увы! хотя по благодати Божией их сердца могут измениться за час (если только они понимают не более, чем сущность веры), однако их разум должен иметь время и прилежание, чтобы приобрести знание, которое укрепит их и сделает стойкими против обольщений.

По этим и многим другим подобным соображениям мы должны умолять все христианские семьи более усердно заниматься этой необходимой работой и лучше знакомиться с сущностью христианства. И с этой целью (имея при себе некоторые трогательные трактаты для пробуждения сердца) я не знаю, какая работа была бы более пригодна для их употребления, чем составленная Вестминстерской Ассамблеей; Синод столь благочестивых и рассудительных богословов (вопреки всем горьким словам, которые они получили от недовольных и самомнительных людей), какого, поистине, я полагаю, никогда не видела Англия. Хотя они имели несчастье быть заняты в смутные времена, когда шум войн заглушал уши людей, и распущенность войн давала волю всем непристойным языкам и перьям поносить их, а ход и последствия этих войн раздражали частично недовольных людей, чтобы бесчестить себя, стараясь обесчестить их; я осмелюсь сказать, что если бы в древние дни, когда соборы имели власть и значение, они имели бы собор епископов, подобный этому собору пресвитеров, слава этого собора за его учёность и святость, и все пастырские способности, передалась бы потомству с великой честью.

Посему желаю, чтобы все главы семей сначала сами хорошо изучили этот труд, а затем учили ему своих детей и слуг, по их различным способностям. И если они однажды поймут эти основания религии, то смогут читать другие книги более вразумительно, и слушать проповеди более с пользой, и рассуждать более здраво, и твёрже держаться учения Христова, чем когда-либо смогут каким-либо иным путём. Во-первых, пусть читают и учат Малый Катехизис, затем Большой, и, наконец, пусть читают Исповедание Веры.

Доселе он, чьё имя я скрою (хотя превосходство предмета и самый стиль легко откроют его), потому что я опубликовал это без его ведома и согласия, хотя, надеюсь, не вопреки его удовольствию и одобрению.

Не прибавлю ничего более, кроме того, что я твой слуга в деле Господнем,

Твой слуга в деле Господнем,

ФОМА МАНТОН