XXII - О правильном совершении таинств

Чтобы таинства совершались правильно, мы считаем необходимыми две вещи. Первое — чтобы они совершались законными служителями, каковыми мы признаем только тех, кто поставлен на проповедь Слова, в чьи уста Бог вложил некое слово увещания, и кто законно избран на то какой-либо Церковью. Второе — чтобы они совершались в тех элементах и таким образом, как установил Бог. Иначе, утверждаем мы, они перестают быть истинными таинствами Христа Иисуса. И потому мы избегаем общения с папистской церковью в причастии ее таинств: во-первых, потому что ее служители не суть служители Иисуса Христа (более того, Мф. 26.26, и т. д. Мк. 14.22, и т. д. Лк. 22.19, и т. д. 1 Кор. 11.24. что еще ужаснее) они позволяют женщинам, которым Святой Дух не позволяет учить в собрании, крестить; и во-вторых, потому что они так исказили и то и другое таинство своими собственными измышлениями, что никакая часть действия Христова не пребывает в первоначальной чистоте. Ибо елей, соль, слюна и подобное в крещении суть лишь человеческие измышления; поклонение, почитание, ношение по улицам и городам и хранение хлеба в ковчежцах суть осквернение таинств Христовых, а не употребление их. Ибо Христос Иисус сказал: «Приимите, ядите» и т. д. «Сие творите в Мое воспоминание». Этими словами и повелением Он освятил хлеб и вино быть таинством Его Тела и Крови, для того чтобы одно было ядомо и чтобы все пили от другого, а не для того, чтобы они хранились, чтобы им поклонялись и почитали их как Бога, как делали доныне слепые паписты, которые совершили также святотатство, похитив у народа одну часть таинства, а именно благословенную чашу. Кроме того, чтобы таинства употреблялись правильно, требуется, чтобы цель и причина, ради которых таинства были установлены, были понимаемы и соблюдаемы как служителем, так и принимающими; ибо если мнение принимающего изменено, правильное употребление прекращается; что весьма очевидно из отвержения жертв (как и в том случае, если учитель учит ложному учению), которые были ненавистны и мерзки Богу (хотя они были Его собственными установлениями), потому что нечестивые люди употребляли их для иной цели, нежели Бог определил. То же самое утверждаем мы о таинствах в папистской церкви, в которой, как мы утверждаем, всё действие Господа Иисуса искажено как во внешней форме, так и в цели и мнении. Что Христос Иисус сделал Примеч. и повелел делать, очевидно из трех евангелистов, которые говорят о таинстве, и из святого Павла; что делает священник у своего алтаря, нам нет нужды пересказывать. Цель и причина установления Христова и того, почему оно должно употребляться, выражены в этих словах: «Сие творите в Мое воспоминание; 1 Кор. 11.25, 26 всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, вы возвещаете (то есть превозносите, проповедуете, величаете и восхваляете) смерть Господню, доколе Он придет». Но с какой целью и в каком мнении священники служат свои мессы, пусть засвидетельствуют слова их же собственных докторов и писаний, а именно: что они — посредники между Христом и Его Церковью, Евр. 9.27, 28 чтобы приносить Богу Отцу умилостивительную жертву за грехи живых и мертвых. Это учение, как богохульное против Христа Иисуса и умаляющее достаточность Его единственной жертвы, однажды принесенной для очищения всех освящаемых, мы совершенно ненавидим, гнушаемся им и отвергаем его.