VII - О советах старейшин, собраниях и дисциплине

Советы старейшин и собрания обыкновенно составляются из пасторов, учителей и тех, кого мы обыкновенно называем старейшинами, не трудящимися в слове и учении, о которых и об особой власти которых уже было сказано.

Собрания бывают четырех родов. Ибо они бывают либо отдельных церквей и общин, одной или нескольких, либо провинции, либо целого народа, либо всех и различных народов, исповедующих единого Иисуса Христа.

Все церковные собрания имеют власть законно собираться вместе для рассмотрения дел, касающихся Церкви и относящихся к их служению.

Они имеют власть назначать для этого время и места и на одном заседании назначать день, время и место для следующего.

Во всех собраниях должен избираться модератор по общему согласию всех собравшихся братьев, который должен предлагать дела, собирать голоса и соблюдать добрый порядок в собраниях.

Следует прилагать старание, главным образом модератору, чтобы в собраниях рассматривались только церковные дела и чтобы не было никакого вмешательства в то, что относится к гражданской юрисдикции.

Каждое собрание имеет власть посылать от себя, из своего собственного числа, одного или нескольких визитаторов, чтобы видеть, как всё управляется в пределах их юрисдикции.

Посещение нескольких церквей не есть обыкновенная церковная должность в лице одного человека, и имя епископа не может приписываться одному только визитатору, и нет необходимости, чтобы оно всегда оставалось в лице одного человека; но дело совета старейшин — посылать достойных лиц для посещения pro re nata.

Конечная цель собраний — во-первых, сохранять религию и учение в чистоте, без заблуждения и искажения; затем — сохранять благопристойность и добрый порядок в Церкви.

Ради этого порядка они могут составлять некоторые правила и постановления, относящиеся к доброму поведению всех членов Церкви в их звании.

Они имеют также власть отменять и упразднять все уставы и установления, касающиеся церковных дел, которые окажутся вредными и бесполезными, не соответствуют времени или употребляются народом во зло.

Они имеют власть применять церковную дисциплину и наказание ко всем нарушителям и надменным презирателям доброго порядка и устройства Церкви; и таким образом вся дисциплина находится в их руках.

Первый вид и род собраний, хотя они и находятся в пределах отдельных общин, однако осуществляют власть, полномочие и юрисдикцию Церкви по взаимному согласию и потому иногда носят имя Церкви.

Когда мы говорим о старейшинах отдельных общин, мы не имеем в виду, что каждая отдельная приходская церковь может или вправе иметь свой собственный отдельный совет старейшин, особенно в сельской местности; но мы полагаем, что три, четыре, больше или меньше отдельных церквей могут иметь один совет старейшин, общий для них всех, чтобы судить их церковные дела.

Однако подобает, чтобы некоторые из старейшин избирались из каждой отдельной общины, чтобы участвовать вместе с остальными своими братьями в общем собрании и принимать сообщения о соблазнах в своих собственных церквах и доводить их до собрания.

Это мы выводим из практики первоначальной Церкви, где старейшины, или коллегии старцев, были поставлены в городах и известных местах.

Власть их отдельных советов старейшин состоит в том, чтобы прилагать прилежные труды в пределах, вверенных их попечению, чтобы церкви содержались в добром порядке, прилежно расследовать дела нечестивых и бесчинных лиц и трудиться над тем, чтобы снова вернуть их на путь — либо увещанием, либо угрозой судов Божиих, либо исправительным наказанием.

Совету старейшин принадлежит наблюдать, чтобы Слово Божие чисто проповедовалось в их пределах, таинства правильно совершались, дисциплина правильно поддерживалась и церковное имущество распределялось без злоупотреблений.

К этому роду собраний относится обеспечивать соблюдение и исполнение установлений, принятых провинциальными, национальными и общими собраниями.

Составлять постановления, касающиеся τὸ πρέπον в Церкви, для благопристойного порядка тех отдельных церквей, которыми они управляют, при условии что они не изменяют никаких правил, установленных общими или провинциальными собраниями, и что они заранее извещают провинциальные собрания о тех правилах, которые они будут составлять, и упраздняют те, что клонятся ко вреду оных.

Он имеет власть отлучать упорных.

Власть избрания тех, кто несет церковные служения, принадлежит этому роду собраний в их собственных пределах, если оно хорошо учреждено и составлено из многих пасторов и старейшин достаточной способности.

По той же причине этому роду собраний принадлежит и их низложение, — а именно тех, кто учит ошибочному и искаженному учению, кто ведет соблазнительную жизнь и после увещания не отстает от нее, кто предан расколу или мятежу против Церкви, явному богохульству, симонии, подкупу взятками, лжи, клятвопреступлению, блуду, воровству, пьянству, драке, заслуживающей наказания по закону, ростовщичеству, пляскам, бесчестию, и всех прочих, кто заслуживает отлучения от Церкви.

Также должны быть низлагаемы те, кто окажется совершенно неспособным исполнять свое служение, о чем следует извещать другие церкви, чтобы они не принимали низложенных лиц.

Однако не следует низлагать тех, кто по старости, болезни или иным случайностям становится неспособным исполнять свою должность; в таком случае за ними должна сохраняться их честь, их церковь должна содержать их, а для исполнения их должности следует обеспечить других.

Провинциальными собраниями мы называем законные собрания пасторов, учителей и прочих старейшин провинции, собранные для общих дел ее церквей, которые могут также называться совещанием Церкви и братьев.

Эти собрания учреждены для того, чтобы важные дела рассматривались по взаимному согласию и с помощью братьев в пределах этой провинции, как того требует нужда.

Это собрание имеет власть рассматривать, устраивать и исправлять всё, что было допущено или сделано неправильно в отдельных собраниях.

Оно имеет власть низлагать должностных лиц этой провинции по добрым и справедливым причинам, заслуживающим лишения должности.

И вообще эти собрания имеют всю власть отдельных советов старейшин, из которых они составлены.

Национальное собрание, которое у нас является общим, есть законное собрание всех церквей королевства или народа, где оно употребляется и собирается, для общих дел Церкви, и может называться общим советом старейшин всех церквей в королевстве. Никто не обязан являться на это собрание для голосования, кроме церковных лиц в таком числе, какое сочтет за благо само это собрание, не исключая других лиц, которые пожелают явиться на упомянутое собрание, чтобы предлагать, слушать и рассуждать.

Это собрание учреждено для того, чтобы всё, что было допущено или сделано неправильно в провинциальных собраниях, могло быть исправлено и рассмотрено, и чтобы то, что вообще служит ко благу всего тела Церкви в королевстве, могло быть предусмотрено, обсуждено и изложено к славе Божией.

Оно должно заботиться о том, чтобы церкви насаждались в местах, где они не насаждены.

Оно должно предписывать правило, как два других рода собраний должны действовать во всех делах.

Это собрание должно наблюдать, чтобы духовная и гражданская юрисдикции не смешивались ко вреду Церкви, чтобы имущество Церкви не расточалось и не употреблялось во зло; и вообще во всех важных делах, касающихся блага и доброго порядка всех церквей королевства, оно должно употреблять к тому свое полномочие.

Кроме этих, есть еще другой, более общий род собрания, которое состоит из всех народов и всех сословий лиц в Церкви, представляя вселенскую Церковь Христову, и которое может в собственном смысле называться Генеральной ассамблеей, или Вселенским собором Церкви Божией.

Эти собрания назначались и созывались особенно тогда, когда в Церкви возникал какой-либо великий раскол или спор в учении, и созывались по повелению благочестивых императоров, бывших в то время, для избежания расколов во вселенской Церкви Божией; а так как они не относятся к особому положению какого-либо королевства, мы воздерживаемся от дальнейшего разговора о них.